Волна рока в мире

Еще пара неслабых ребят оставила свой след в истории рок-н-ролла. Один из них написал два тинейджерских гимна: 'Summertime Blues' и 'C`mon Everybody', был очень популярен в Англии, но в США, согласно Ирвину Стамблеру ("Encyclopedia of pop, rock and soul"), его никто не знает. Даже тем, кто протолкнул три его сингла (третьим был 'Sittin` In The Balcony'), приходится напрячь память, чтобы вспомнить имя  (Эдди Кохрейн).
    Если это действительно так, то для меня это загадка. 'Summertime Blues' ("Летний Блюз") написанный Эдди Кохрейн в соавторстве с Джерри Кэйпхартом, своей остроумной язвительностью напоминает Чака Берри. Вот ее содержание: парню хочется хорошенько пожить во время отпуска, но ради этого он вынужден работать, и "оттянуться" не удается. Босс и родители вмешиваются в его любовные дела, и тогда парень решает обратиться в ООН! Однако, это нереально. Тогда он приходит к конгрессмену от своего штата, тот выслушивает его и говорит: "Мне хотелось бы помочь тебе, сынок, но тебе еще рано голосовать".
    Обе песни очень талантливы, их автор обещал стать крупным рок-мэном, но судьба распорядилась иначе.
    В 1960 он гастролировал в Англии. Во время очередного переезда машина, в которой он ехал, врезалась в какой-то крепкий фонарный столб. Кокрэн погиб и попал в некрологию рока.
    В истории Кохрейна есть одно поразительное совпадение, словно специально взятое из низкопробного фильма. Почти за год до смерти он записал слезоточивую песенку 'Three Stars' ("Три Звезды"), сочиненную диск-жокеем Томми Ди в память о трех рок-звездах, погибших в авиакатастрофе. Одним из этой троицы был близкий друг Кокрэна, и он спел эту фальшивую сентиментальщину, чтобы собрать денег для семей погибших. Чувство неловкости вызывают строчки из этой песни: "Теперь вы поете для Бога в его небесном хоре. Бадди Холли, я всегда буду вспоминать о тебе со слезами на глазах".


    В 1959 многие испытывали подобные чувства, хотя и не выражали их с таким надрывом— своеобразная фигура в рок-н-ролле. Роль его двойственна. С одной стороны, он смягчил рок, сделал его глаже, но, с другой стороны, он предотвратил его сползание к слащавости. Голос его всегда находился на первом плане, а аккомпанемент там, где ему положено — на заднем. Он обладал кристалльной дикцией, и понять его было гораздо проще, чем, скажем, Пресли. Он тоже пел о молодежных страданиях, но сдержаннее, нежели Чак Берри. Его можно было бы отнести к чистому попу, если бы не постоянное наличие того драйва, который всегда отличает рок от коммерческого попа.
    Бадди Холли (настоящее имя Charles Hardin Holley) родился в техасском городке Люббок 7 сентября 1936. Как и многие его сверстники, он увлекался кантри, но, в отличие от них, у него не найдешь и намека на интерес к черной музыке. Своих первых скромных достижений он добился именно как исполнитель кантри. В 1956 его взяла к себе Decca, но его записи для этой фирмы не имели успеха. Видимо, Декку уже тогда захлестнула рок-н-ролльная волна, и они уделяли мало внимания очередному сельскому певцу. Видя все это, Холли ушел из Декки, собрал группу старых приятелей, снял студию в Кловисе, Нью-Мексика, и начал экспериментировать.

    Хозяин студии, Норман Петти, он же продюсер, очень быстро убедился, что Холли слеплен не из того же теста, что Пресли, и принялся действовать соответственно. Например, там, где Пресли рычал, Петти заставил Холли икать! Это стало характерной чертой его пения, подчеркивавшей трогательную неуверенность в себе, и, в сочетании с псевдо-дерзкими текстами — как в 'That`ll Be The Day' ("Настанет День"), — придававшей Холли обаяние "потерянного мальчика"! Что еще более подчеркивалось его внешним видом: очки в роговой оправе делали его похожим на рассеянного, робкого студента, а строгие костюмы резко контрастировали с украшенными блестками шелковыми и парчовыми одеяниями соперников.
    Петти понял, что Бадди Холли противоречивая фигура. С одной стороны, самоуверенный "Superman", с другой — "Clark Kent" persona, робкий и застенчивый. Петти додумался, как извлечь из этого противоречия коммерческую выгоду: он решил выпускать его записи под двумя разными именами и на двух разных этикетках. Первая партия записей, изданная на этикетке Brunswick, представляла группу The Crickets — Сверчки (состав группы часто менялся, но постоянное ядро составляли Sonny Curtis и Jerry Allison) и включала песни 'Oh Boy', 'Not Fade Away', 'Maybe Baby', 'That`ll Be The Day' (первый миллионный хит) и 'Think It Over'.
    Во вторую партию вошли 'Peggy Sue', 'Listen To Me', 'Rave On' (единственное исключение, так как она больше подходила для "записей супермена"), 'Everyday', 'Words Of Love' и 'Heartbeat'. Все эти записи вышли на этикетке Coral.
    Оба состава имели успех. В 1957 'That`ll Be The Day' The Crickets и 'Peggy Sue' Бадди Холли стали золотыми дисками, а 'Oh Boy' попала в хит-парад. Далее последовала целая серия новых хитов, вошедших в Тор. Однако, к тому времени (1958) обострилась шизофреническая раздвоенность личности Холли.

    Бадди Холли хотел быть просто рок-балладистом, но Петти стал добавлять в его записи струнные пиццикато, что было абсолютно чуждо духу рок-н-ролла. Он сглаживал неровности, полировал шероховатости и направлял музыку Холли в русло стандартной коммерческой продукции. Это особенно заметно на таких записях, как 'It Doesn`t Matter Anymore' и 'Raining In My Heart'.
    В это время Холли переехал в Нью-Йорк, The Crickets остались в Техасе. Так наметился разрыв. В начале 1959 Холли набрал новый состав (под тем же названием, но без ключевых музыкантов Кертиса и Эллисона) и отправился в роковое турне.
    2 февраля 1959 ансамбль играл в Клир Лейк, штат Айова. Все были измотаны до предела. Холли решил бросить утомительный автобус и добраться до следующего пункта — города Мурхед, Миннесота, на самолете, чтобы прибыть раньше основной группы, сделать кое-какие распоряжения, смыть дорожную грязь и хорошенько выспаться. Самолет не долетел до места назначения: он врезался в поле за 8 миль до аэропорта. Бадди Холли погиб, погибли также The Big Bopper (J.P.Richardson) и Ritchie Valens — две другие звезды из песни 'Three Stars' (у Боппера был хит 'Chantilly Lace', а у Вэйленса — 'Donna/La Bamba').
    Бадди Холли было 22 года. Он мгновенно вошел в Пантеон Славы рок-н-ролла и после смерти стал даже еще популярнее, чем при жизни. Время от времени Петти откапывал его неизвестные записи, ремикшировал их по своему усмотрению и выпускал на рынок. Трудно сказать, по какому пути развивался бы Холли, останься он в живых. Быть может, как Пресли, ушел бы в шоу-бизнес. Возможно, стал бы крупным сочинителем — то, что он успел сделать за столь короткий срок, говорит о его больших способностях.